В традиционных культурах поэзия, как известно, играет весьма значительную роль, поэтому представляется актуальной попытка проанализировать ситуацию, которую мы на сегодня имеем. В результате возникают несколько вопросов на которые необходимо будет дать ответ:
1)Какую ценность представляла поэзия для традиционного общества?
2)Какую ценность она представляет для общества современного?
3)Обладает ли она ценностью вне социальных категорий?
4)Какова она, эта ценность?
5)Какой аспект этой ценности является более важным, метафизический или же социальный.
Прежде всего следует указать на то, что с распадом традиционного общества до уровня нуклеарных образований(семей) и отдельных индивидуумов, мы неизбежно сталкиваемся с необходимостью оценки роли интересующего нас явления для каждого, отдельно взятого человека. В принципе, можно поддаться веянью постмодерна и пойти дальше, расчленяя личность в её модернистской интерпретации до уровня личностного континуума в котором в разные моменты времени манифестируются те или иные самоорганизующиеся ансамбли смыслов, объединяемые культурным каркасом в "личину", которая уже может функционировать как самостоятельный элемент социального контекста, т.е. такое образование, которое имеет смысл рассматривать на уровне социальном. Тема эта чрезвычайно интересная ибо в данной области как раз и пролегает горизонт между индивидуальным и общественным, а дифференциация индивидуума чрезвычайно напоминает ситуацю с открытием субатомных частиц, однако, при всей своей перспективности, такой путь неизбежно усложнит поставленную задачу, поэтому мы постараемся избежать погружения в данную тему если это окажется возможным и посвятием ей отдельную работу.
Впрочем, даже если мы и уйдём от сложностей фундаментального анализа, это вовсе не означает, что число проблем резко уменьшится, даже в том случае если мы воспользуемся основными концепциями традиционализма для редукции исследуемого пространства к чёткой и понятной схеме, т.к. на редуцируемые моменты всё равно придётся указывать, и кроме того, карта, как известно, территорией не является, поэтому ещё понадобиться учесть искажающее влияние данного момента, которое в данной области может оказаться весьма и весьма существенным.
Возвращаясь к проблематике индивидуального восприятия мы неминуемо сталкиваемся с конфликтом человек - общество и здесь необходимо заметить, что наша позиция, которую мы намереваемся занять в этом конфликте, окажет наиболее существенное влияние на нашу позицию по исследуемой проблеме в целом. Поэтому всякий, кто наивно пытается вынести проблемы поэзии за границы социального контекста, не определив прежде свою позицию в указанном выше конфликте, совершает грубейшую ошибку.
Перейдём непосредственно к первому вопросу:
Какую роль играла поэзия в традиционном обществе?
1)Поэтический размер служил эффективным инструментом для запоминания, т.к. стихотворный текст запомнить гораздо проще чем прозу.
2)Стихотворный размер в некотором роде защищал произведение от искажений, подобно тому как сейчас используются такие вещи как CRC и цифровая подпись.
3)Подобно тому, как сегодня используются произведения искусства(прежде всего кинематограф) для пропагандистского влияния, в старину стихотворные произведения использовались для обучения членов сообщества(можно сказать - социального программирования).
4)Стихотворные тексты особым образом организуют восприятие человека, поэтому они также могли играть роль "шаманского бубна" производя соответствующие изменения в сознании слушателей и давали им возможность испытать иные состояния сознания. Кроме того в этом случае неизбежно наличествует элемент синхронизации сознаний лиц, воспринимающих стихотворный текст. Также происходит эффект синхронизации субъективного восприятия времени у различных индивидуумов, т.к. стихотворный текст в этом плане налагает свой собственный темп на слушателя. Т.е. речь идёт о своеобразном управлении временем(кто-то вероятно заметит - личностным, а не объективным временем, однако для традиционных культур субъективное восприятие времени имеет большее значение, поэтому никакой ошибки или же преувеличения здесь нет).
5)Поскольку магическая роль слова актуальна для всех традиционных обществ, следует также указать на возможность производить с помощью сакральных стихотворных текстов(заговоров, заклинаний) некоторые изменения в объективной реальности(в данном случае важно не то, насколько это реально, а то, что вэту возможность верило и продолжает верить огромное количество людей). В данном случае гипнотический эффект направлен на того, кто этот текст воспроизводит, дабы вызвать у него измененное состояние сознания и помочь ему выйти на тот уровень реальности, с которого оказывается возможным осуществлять упомянутые изменения в объективной реальности(следует заметить, что в данном случае "объективность" этой самой реальности ставится под сомнение, т.к. метафизика предлагает совершенно иной взгляд на ситуацию нежели современная наука).
Теперь вернёмся к обществу современному, где доминирует наука, а "мракобесие" прячется под тонким слоем рационализма, причём в большинстве случаев логика и рациональный подход являются просто ярлыками, а на деле заменяются так называемым "здравым смыслом", который являет собой когнитивный инструмент исключительно тактического характера, о чём непременно должен помнить всякий, кто на этот самый "здравый смысл" ссылается. В самом деле, согласно здравому смыслу, Солнце вращается вокруг Земли, а она, в свою очередь, является плоской. Это говорит нам здравый смысл и совершенно очевидно, что ориентироваться на него при решении серьёзных проблем решительно невозможно. Задача более глубокого исследования данной проблемы не входит в наши цели, однако стоит заметить, что занятия поэзией и "здравый смысл" являются вещами совершенно несовместимыми, хотя результаты творческой деятельности определенного уровня вполне пригодны для употребления гражданами, на здравый смысл всецело полагающимися. Элементы сакрального встречаются в жизни сторонников здравого смысла значительно чаще чем это может себе представить какой-нибудь начинающий оккультист, погружённый в изучение трудов Кроули или Блаватской, просто они имеют такой облик, что глазу, выискивающему "посланцев тьмы", "космический разум" и иную фантазийную парафеналию? там просто незачто зацепиться. Скажем больше - зачастую носители "здравого смысла" занимаются практической магией значительно чаще нежели "магистры белых искусств" и иные "медитаторы", чья деятельность носит преимущественно аналитический характер. Ярким примером такого подхода может служить хорошо известный маркиз Станислас де Гуайта, который практиковал подобное магическое "неделание", если так можно выразиться. Возможно, что это связано с тем, что "чёрную магию" в самых разных её формах практиковать значительно легче, а учитывая то, что здравый смысл, как правило, идёт по пути гностического демиурга, производя разрывы и замещения, то совершенно очевидно, что т.н. "чёрная магия" является сферой бесконечно более свободной нежели магия божественная или белая, как её обычно называют. Это означает, что в данном случае имеет место принцип "чем хуже - тем лучше", который в некотором роде является краеугольным камнем "черномагической" методологии, на что указывал ещё Пико делла Мирандола, и чьи слова впоследствии цитировали Элифас Леви и Говард Лавкрафт.
Так что в конечном итоге весьма спорным оказывается предположение о том, что "чистый и холодный разум" науки является гораздо более достойным ценителем искусства, нежели стоящий где-то посередине "здравомыслящий" гражданин, завывающий "Врагу не сдаётся наш гордый "Варяг"" и рыдающий на груди у соседа после нескольких рюмок. Впрочем, это несколько не исключает необходимости противостоять "чёрной магии" этого достопочтенного индивидуума, которую он распостраняет вокруг себя отнюдь не вне зависимости от собственного осознания этого важного факта - нет, наоборот - чем меньше он это осознаёт, тем лучше у него это получается, прям таки в традициях инвертирования православных молитв сатанистами и историей с прослушиванием "Битлз" задом наперёд. Как если бы речь шла об уничтожении фальши в актёрской игре.....
Иначе говоря, речь идёт о дилемме: сражаться с носителями "чёрной обыденности" или же нахально игнорировать их. Несмотря на то, что второй вариант кажется более привлекательным, ибо не предусматривает каких-либо значительных затрат, он во многих случаях оказывается совершенно неприемлимым, т.к. довольно часто всё кончается своеобразной "инфернальной трансценденцией" - в виртуальную реальность, созданную эскапистом, неизбежно вторгаются персонажи, чья связь с демоническими мирами на первый взгляд представляется совершенно неочевидной, однако после того, как события начинают разворачиваться во всей своей сомнительной красе, эти как бы "случайные" события всё больше и больше напоминают издевательский смех демиурга. Эффект синхронии, описанный Юнгом, внезапно расцветает посреди безоблачной жизни ядовитым цветком и наша виртуальная реальность оказывается втоптанной в грязь самыми разными вещами и существами - упавшим на голову кирпичом, случайно оказавшейся поблизости шпаной, пьяным милиционером или упавшим деревом. Истерический вопрос типа "почему раньше они не обращали на нас никакого внимания?" пока что совершенно неуместен - есть интересная то ли пословица, то ли поговорка - "Только перед смертью человек понимает, что ему нужно было сделать" и в данном случае мы имеем дело с аналогичной ситуацией - только по окончательному выступлению всех "заготовленных" синхронией "актёров" человек более-менее приходит в сознание(если жив ещё) и недоумённо созерцает эту удивительную фигуру негативной синхронии, сотканную из идиотских случайностей. Отупляющий эффект синхронии наверное можно сбросить, однако проблема состоит в том, что человек идущий в пасть к обстоятельствам, менее всего расположен к ясности и оставшись в живых, попереживает некоторое время об упущенных возможностях, но в конце концов сведёт "полезный приспособительный результат" или "lessons learned" к банальному "знал бы, где упаду - соломки б подстелил". Да и в самом деле - о чём говорить, если тогда был пьяный, а сейчас - трезвый.... "Сытый - голодного не разумеет" и т.д. Впрочем, сравнение с опьянением здесь совершенно неуместно, ибо алкогольное опьянение вовсе не связано с одурением, характеризующим человека, приближающегося к "аттрактору негативной синхронии", если так можно выразиться, наоборот, у пьяных людей довольно часто возникает обратный эффект - пьяный падает с девятого этажа и остаётся живым, в то время как абсолютно трезвый умудряется захлебнуться в луже или же внезапно упасть и удариться виском о край стола. У Карлоса Кастанеды есть любопытный момент, который выглядит не совсем понятным при прочтении его книги, однако в интересующем нас контексте он становится на своём месте. Карлос спрашивает дона Хуана, что тот станет делать, если его в каком-то месте будет поджидать некто вооруженный мощной винтовкой с оптическим прицелом и дон Хуан на это отвечает, что его в этом месте попросту не окажется. Иначе говоря - у нас на пути оказывается кирпич или шпана, а у него - нет. Так что очень вероятно, что речь идёт именно о том, что каким-то образом человек может избежать этой самой "негативной синхронии" и не идти, словно овца на бойню. Тут возникает ассоциация с актуальной темой предсказания собственной смерти поэтами - сами ли они вызывают такой эффект или же они провидят будущее? А если всё-таки провидят, то как вообще возможна поэзия, да и свобода как таковая, при этой ужасной предопределённости?
Однако вернёмся к вышеуказанной дилемме: сражаться ли с "обывательщиной" или же игнорировать её? Второй вариант и проблемы, которые он ставит перед человеком, мы до некоторой степени обсудили и поэтому переходим к варианту первому, который реализовывали некоторые литературные гении, в результате чего пути их внезапно оборвались. Речь идёт и о Клюеве, и о Есенине, о Гумилёве и других замечательных людях, погибших от многорукого советского государства, которое погрузилось в глубины чёрной магии гораздо глубже, чем это смог бы представить себе многоуважаемый Кафка.
Когда мы начинаем говорить об этих выдающихся мыслителях(а они несомненно являются мыслителями, ибо демонстрируют нам весьма неоднозначные миры), мы сталкиваемся с необходимостью как-то описать их борьбу и сделать это кратко и выразительно. Но... Мы, конечно, могли бы сказать просто и ясно - "они говорили правду!", и сделать вид, этого было бы совершенно достаточно(это собственно и есть советский, а точнее - совковый подход), однако
нас в этой ситуации интересует именно истина и ничто другое, поэтому слово "правда" неизбежно требует объяснения.
Как известно - "правда у каждого своя" поэтому "правда Клюева" весьма отличалась от "правды Ленина", а молодое советское государство признавало только одну правду - свою собственную и пыталось создать своего рода "метафизический барьер" в лучших традициях гностического демиурга, дабы таким путём возвысить свою субъективную правду до статуса истины. Этот "метафизический барьер" представлял собой ужасающий конгломерат из репрессий, тюрем, концлагерей, ссылок и иных радостей советской жизни. Работники государственной безопасности в этом плане уподоблялись таинственным ангелам смерти, которые входили в воздушные замки людей и разрушали их, а создателей увозили в неизвестном направлении - в Ад или в концлагерь... Особого значения это не имело.
Итак, мы наконец-то приблизились к главной цели наших поисков - ТАКАЯ поэзия противостояла советскому проекту, хотя некоторое социальное значение всё-таки имела - не зря же многие стихотворения распостранялись подпольно. Впрочем, не следует думать, что в лице советского государства мы сталкиваемся с какой-то скрытой формой фашизма, ибо в конечном итоге СССР являлось попросту наимощнейшей формой такого фашизма и в рамках своего "организма" свободно реализовывало собственные идеалы.В конечном итоге, тайный фашизм присутствует практически на всех уровнях человеческого общества и связан с определенным множеством людей, активно выделяющих себя как группу, обладающую специфическим мировоззрением, а также активным отрицанием возможности альтернативного взгляда на мир. СССР и Гитлер достигли небывалых достижений в этом вопросе и современные правители демократических стран могут только мечтать о подобных вещах. Следует добавить, что в контексте современности речь идёт о совершенно аналогичной ситуации - эти самые альтернативные миры существуют на птичьих правах и служат исключительно для развлечения и обучения. Как жаль, что стихотворение или иная неодушевленная вещь, не способна заявить о своих правах, что очень быстро развеяло бы псевдогуманизм современной хищнической цивилизации, ибо сама идея "права" была бы полностью уничтожена. В самом деле - сегодня мы сделали забор, а завтра он возьмёт и убежит в лес, потому что ему так больше нравится. Клетки тела взяли бы и расползлись по неотложным делам... А человек? Его бы просто не стало - и это даже не было бы смертью, с точки зрения морали - почему клетки должны оставаться соединёнными? Разве может идти речь о праве в такой сфере? Однако все эти бредовые предложения - не более чем реакция на проекцию концепции права в те сферы, в которых оно никак существовать не может. В этом плане особенный интерес представляют жители США которые с одной стороны придаёт данной теме глобальный статус, а с другой - ловко манипулируют этими концепциями в собственных интересах.
Читатель вероятно подумает, что мы всё больше отклоняемся от темы, обсуждая какие-то сомнительные вещи эзотерического и умозрительного характера, вместо того, чтобы просто указать на актуальность литературы вообще и поэзии в частности, хотя бы на основании того, что книг сейчас выпускается довольно много, несмотря на кризис перепроизводства и прочие трудности. Однако никто и не обещал, что все наши рассуждения неизбежно сведутся к обсуждению банальной нерентабельности современной поэзии, её неизбежного отступления в богемные сферы и на графоманские сайты, ибо даже если мы и согласимся с необходимостью упомянуть эти важные факторы, для нас наиглавнейшей задачей были и остаются поиск и исследование внесоциальной роли поэзии и её ценности для концепции человека вообще. Чёрт с ними, с хранилищами информации, передачей сакральных знаний и распостранением меметических вирусов, прицел наш направлен в точку, где смысл и текст контактируют с той самой "объективной реальностью", если конечно, она вообще существует.
Хотя сегодня деструктивный аспект поэзии выглядит довольно неубедительным, тем не менее любой желающий может ознакомиться с неопровержимыми свидетельствами того, что в определённом социальном контексте, некоторое множество поэтических произведений могут вызывать совершенно удивительные эффекты в объективной реальности без необходимости использовать какие-либо мистические концепции для их объяснения, впрочем, такие объяснения, как правило, появляются, но - со временем, не сразу. Цензура в царской Росиии, цензура во времена СССР и положительная цензура В современной России довольно убедительно демонстрируют нам, что слово ещё не полностью утратило свои традиционные качества и способно весьма активно изменять окружающую среду, пусть и путём определенных манипуляций с его носителями(т.е. людьми)
На пятый вопрос ответить очень просто - выбор между метафизическим\социальным аспектом осуществляет сам индивидуум, если он, конечно, достаточно разумен, чтобы увидеть собственно факт наличия такой возможности. Очевидно, что необходимость такого выбора возникает в современном обществе, т.к. в обществе традиционном метафизический и социальный аспекты являются тесно связанными и никакого выбора делать не требуется. Потребность в нём появляется в тот момент, когда отрицание метафизического аспекта достигает определенного критического порога. После того, как это порог пройден, определенная, периферийная часть метафизики оказывается поглощенной социальным моментом, т.к. сам по себе этот социальный момент изначально лишён онтологического статуса, ибо, как уже говорилось, до дифференциации оба варианта являлись тесно интегрированными, однако, как указывает Дугин, основным отличием общества традиционного от общества современного является то, что метафизика занимает в нём центральное место и таким образом социальный момент оказывается вторичным по отношению к ней, что собственно и вызывает ассоциацию с известной историей о том, как Кронос кастрировал Урана. Стремление современного общества уравнять эти два варианта в правах(это уравнение, по сути - фикция) является своего рода продолжением "освободительной войны" в ходе которой осуществляется активное наступление на остатки сакрального, хотя, как мы уже указывали, задача эта оказалась весьма нетривиальной, ибо подобная деятельность может иметь реальный успех при глобальном доминировании рационализма, что в человеческом обществе может быть реализовано лишь в случае последовательной интеграции человека и машины. У Д.Андреева в его "Розе Мира" есть интересное описание расы демонических существ, "игв", у которых интеллектуальная сфера доминирует. Вот для них такой проект реализовать никакого труда не составит. Впрочем, эти существа и так являются демонами, поэтому пример этот не совсем удачный.
Вернёмся к проблеме выбора между социальным\метафизическим моментом - здесь необходимо заметить, что мы говорим именно о социальном, а не о научном моменте, т.к. это обусловленно спецификой нашей задачи: научное исследование поэзии (с нашей точки зрения) - занятие, которое не имеет практически никакой ценности для конкретного человека. Тут можно вести речь об удивительном эффекте, который проявился при той самой дифференциации наук, которая была реализована в Новое Время - некоторые из них стали работать на самообеспечение, подобно армии чиновников, которые ищут и создают проблемы, необходимые для того, чтобы оправдать собственное существование и поглощение ресурсов, поставляемых налогоплатильщиками. Так и учёные, которые получают зарплату в государственном учреждении, отлавливают и препарируют различные образцы поэзии, при том, что какой-либо полезный результат от их деятельности отсутствует, ибо метод их далёк от холистского. Это путь "чёрного ворона" из "Химической свадьбы Христиана Розенкрейца" и путь этот вполне тупиковый. Но зачем ехать из Москвы в Ленинград через Владивосток, чтобы в конечном итоге навсегда заблудиться в бескрайних дебрях тайги? Гораздо логичней обратить внимание именно на формулу и тут мы должны задать себе вопрос - а какова же эта формула для поэзии? Существует ли она и если да, то какое значение в целом для нас она имеет?
Тут мы склонны предположить, что всякая формула сама по себе вполне трансцендентна(достаточно лишь отбросить фиксированное значение) и при желании может рассматриваться как символ в его традиционном понимании, иначе говоря - это ещё одни врата в реальность(как, в сущности, и любой объект), лежащую по ту сторону языка и зачастую - вне обыденного опыта, что в конечном итоге и вызывает хорошо известный процесс неприемлимой редукции семантического пространства, который мы наблюдаем при попытке пересказать содержание мистических видений и даже просто сновидений. Да что сновидения - попробуйте пересказать хорошее стихотворение и вы обнаружите совершенно аналогичную проблему. Камень падает в воду и от него расходятся круги - но камень при этом не сливается с водой. Так и Абсолют - хотя он и вызывает у нас колыхание мыслительной сферы, тем не менее, сам он в эту сферу не заходит, но остаётся всегда вне её. Так можно ли установить мост, у которого один конец находится на берегу, а другой уходит куда-то в бесконечный океан? Несоменно, нам необходимо найти какую-то иную форму взаимоотношений с этим явлением, такой гордиев узел разрубить нет никакой возможности, ибо всё - от него. Те же, кто говорит о существовании такого способа, попросту поворачиваются спиной к проблеме, вне зависимости от того, понимают ли они это или нет. Впрочем, трудности эти нельзя назвать удивительными, т.к. масштаб проблемы является заведомо превосходящим способности разума и лишь ум(в его традиционном понимании) оказывается способным схватить данную проблему во всей её необъятной величине. Здесь гносеология граничит с онтологией и не просто граничит, но постепенно перетекает в неё, однако для того, чтобы следовать этому изменению в ландшафте, необходимо воспользоваться теми путями познания, которые были современностью отброшены. Лишь они могут помочь пересечь границу, которую современные люди для себя воздвигают. Собственно границы, как таковой - нет вообще и речь на самом деле идёт о захвате субъекта рассудком, который является одним из многих аналогов гностического демиурга, поразивших наше бытие в век Кали-Юги. Узурпаторы появляются после того, как периферия оказывается отделённой от Центра. Узурпаторы уподобляются Центру и пытаются реализовать аналогичные эффекты - искажать пространство в сфере своего влияния. Это вполне естественно и отвечает фрактальному принципу, однако не следует забывать, что волны от истинного Центра все ещё расходятся и в результате происходит определённое взаимодействие, входе которого страдают те, кто оказался в зоне влияния этого псевдоцентра. Иначе говоря, чтобы быть Богом, Сатане необходимо Бога уничтожить, в противном случае даже его позитивные начинания, взаимодействуя с творчеством самого Бога, будут заведомо обречены на поражение, ибо вследствие указанного взаимодействия приобретут совершенно противоположный характер. Свет Сатаны мог бы заместить свет Бога, но для этого Бога нужно уничтожить, т.е. осуществить нечто невозможное и, к тому же - бессмысленное, т.к. даже если бы и был метод разъединить Абсолют и Творение, то Творение в результате попросту рассыплется в пепел и никакого "альтернативного проекта" осуществить всё равно не удастся.
![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
